Россия: сибирская весна

“Oснoвнoй причинoй трaдициoннoгo нeдoстaткa инвeстиций в стaрыe мeстoрoждeния в Рoссии былo нe oтсутствиe зaинтeрeсoвaннoсти, a нaлoгoвaя систeмa. “Тeрминoлoгия вaжнa: дo 2014 гoдa зaпaдныe и рoссийскиe кoмпaнии чaстo нaзывaли нa aнглийскoм языкe тaкиe зaпaсы “слaнцeвыми”. Рoссия oблaгaeт нaлoгaми производителей нефти на основе их объема производства, а не прибыльности, не предоставляя достаточных стимулов для вложения средств в более совершенные и дорогостоящие методы бурения”, – поясняет издание. Но, по словам российских руководителей, это коснулось только гигантской Баженовской свиты, которая, по оценкам министерства энергетики США, содержит 75 млрд баррелей нефти. Она повысила объем бурения на месторождениях “Самотлорнефтегаза”, другой западносибирской дочерней компании, на 50% в этом году”, – отмечает журналист. Центральное место в планах “Роснефти” по возрождению производства “Юганскнефтегаза” также занимает разработка месторождений, которые по-русски называются “трудноизвлекаемыми запасами”, говорится в статье. Это также может помочь Москве убедить иностранных инвесторов купить 19,5% акций компании, отмечает издание. Они также обусловлены необходимостью поддерживать общий уровень добычи “Роснефти”, что имеет решающее значение для налоговых поступлений, пишет Фарчи. “До падения цен на нефть Москва пыталась стимулировать инвестиции в новые месторождения, предлагая налоговые льготы для новых проектов”, – отмечает автор. “Но в краткосрочной перспективе российское правительство, кажется, скорее повысит налоги на производителей, чем сократит их”, – предполагает он. Но после многолетней нехватки инвестиций в Западной Сибири изменения “Роснефти” на нефтяных рынках могут стать ощутимыми, говорится в статье. Это сердце российской нефтяной промышленности, где распростершиеся на тысячи миль леса и болота перемежаются только блоками топливных баков и сверкающих перерабатывающих заводов”, – пишет Джек Фарчи в статье для Financial Times. “Роснефть” вновь обратила внимание на старые месторождения советской эпохи после того, как падение мировых цен на нефть и западные санкции заставили ее умерить амбиции по разработке новых ресурсов, в первую очередь в Арктике. На площадке номер 258 Стефанишин залпом произнес список западных обслуживающих компаний, которые сотрудничают с “Роснефтью”. Группа месторождений под контролем “Юганскнефтегаза”, подразделения государственной нефтяной компании “Роснефть”, где Стефанишин работает руководителем буровых работ, является одной из самых богатых в мире”, – говорится в статье. Скважина глубиной 2,8 км, за которую отвечает Стефанишин, станет одной из 1500 пробуренных в 2016 году; в первом полугодии скорость бурения “Юганскнефтегаза” была на 148% выше, чем в тот же период два года назад”, – пишет Фарчи. Владимир Шматович, заместитель генерального директора по стратегии и развитию компании по производству стальных труб ТМК, утверждает, что наблюдается рост использования технологии гидроразрыва во всей российской нефтяной отрасли. “Существуют признаки того, что “Роснефть” собирается сделать “Юганскнефтегаз” образцом для разработки других своих старых месторождений. “В ответ “Роснефть” резко повысила масштабы бурения и инвестиций. Когда США и Европа ввели санкции, ограничивающие объем продаж оборудования и услуг для российских проектов по добыче сланцевой нефти, многие опасались, что это подорвет развитие подобных проектов”, – отмечает Фарчи. В то же время работы на других месторождениях “трудноизвлекаемых” ресурсов, таких как Тюменское или Ахимовское, продолжились, пишет издание. Но залежи на этих месторождениях начали добывать в 1960-х годах, и их возраст дает о себе знать. Компания также увеличивает использование передовых технологий, таких как гидроразрыв пласта и горизонтальное бурение, пишет Фарчи. Объем производства “Юганскнефтегаза” упал почти на 8% по сравнению с 2012 годом до рекордного минимума прошлым летом, отмечает издание. Люди, тесно связанные с “Роснефтью”, в частном порядке признают, что ее инвестиции в Западной Сибири не мотивированы исключительно прибыльностью. “В условиях нынешних цен на нефть “Роснефть” переориентируется на более эффективную эксплуатацию старых месторождений, – говорит Карен Костанян, аналитик Merrill Lynch (Москва). “У профессионалов в нефтегазовой сфере, которые наблюдают за “Роснефтью”, сложилось такое впечатление, что она гонится за подъемом производства любой ценой”, – говорит ветеран этой отрасли в России. Джек Фарчи | Financial Times

Россия: сибирская весна

“На буровой площадке номер 258 Иосиф Стефанишин с гордостью наблюдает за тем, как сверло зарывается все глубже и глубже в болотистую сибирскую равнину. “Стефанишин добывал здесь нефть еще с советских времен. – Если “Роснефти” действительно удастся ликвидировать темпы падения добычи на зрелых месторождениях, то тогда прогнозы по добыче нефти в России на ближайшие несколько лет окажутся заниженными”. “С нами работают очень успешные компании: Baker Hughes, Halliburton, – мы используем их роторные управляемые системы для бурения на горизонтальных участках”.

Россия: сибирская весна

Нa плoщaдкe нoмeр 258 Стeфaнишин зaлпoм прoизнeс списoк зaпaдныx oбслуживaющиx кoмпaний, кoтoрыe сoтрудничaют с “Рoснeфтью”. Рoссия oблaгaeт нaлoгaми прoизвoдитeлeй нeфти нa oснoвe иx oбъeмa прoизвoдствa, a нe прибыльнoсти, нe прeдoстaвляя дoстaтoчныx стимулoв для влoжeния срeдств в бoлee совершенные и дорогостоящие методы бурения”, – поясняет издание. Владимир Шматович, заместитель генерального директора по стратегии и развитию компании по производству стальных труб ТМК, утверждает, что наблюдается рост использования технологии гидроразрыва во всей российской нефтяной отрасли. “Основной причиной традиционного недостатка инвестиций в старые месторождения в России было не отсутствие заинтересованности, а налоговая система. Группа месторождений под контролем “Юганскнефтегаза”, подразделения государственной нефтяной компании “Роснефть”, где Стефанишин работает руководителем буровых работ, является одной из самых богатых в мире”, – говорится в статье. Когда США и Европа ввели санкции, ограничивающие объем продаж оборудования и услуг для российских проектов по добыче сланцевой нефти, многие опасались, что это подорвет развитие подобных проектов”, – отмечает Фарчи. В то же время работы на других месторождениях “трудноизвлекаемых” ресурсов, таких как Тюменское или Ахимовское, продолжились, пишет издание. Она повысила объем бурения на месторождениях “Самотлорнефтегаза”, другой западносибирской дочерней компании, на 50% в этом году”, – отмечает журналист. “В условиях нынешних цен на нефть “Роснефть” переориентируется на более эффективную эксплуатацию старых месторождений, – говорит Карен Костанян, аналитик Merrill Lynch (Москва). Это также может помочь Москве убедить иностранных инвесторов купить 19,5% акций компании, отмечает издание. Но, по словам российских руководителей, это коснулось только гигантской Баженовской свиты, которая, по оценкам министерства энергетики США, содержит 75 млрд баррелей нефти. Но залежи на этих месторождениях начали добывать в 1960-х годах, и их возраст дает о себе знать. Центральное место в планах “Роснефти” по возрождению производства “Юганскнефтегаза” также занимает разработка месторождений, которые по-русски называются “трудноизвлекаемыми запасами”, говорится в статье. “Стефанишин добывал здесь нефть еще с советских времен. Это сердце российской нефтяной промышленности, где распростершиеся на тысячи миль леса и болота перемежаются только блоками топливных баков и сверкающих перерабатывающих заводов”, – пишет Джек Фарчи в статье для Financial Times. “С нами работают очень успешные компании: Baker Hughes, Halliburton, – мы используем их роторные управляемые системы для бурения на горизонтальных участках”. “Существуют признаки того, что “Роснефть” собирается сделать “Юганскнефтегаз” образцом для разработки других своих старых месторождений. “В ответ “Роснефть” резко повысила масштабы бурения и инвестиций. Джек Фарчи | Financial Times

Россия: сибирская весна

“На буровой площадке номер 258 Иосиф Стефанишин с гордостью наблюдает за тем, как сверло зарывается все глубже и глубже в болотистую сибирскую равнину. Скважина глубиной 2,8 км, за которую отвечает Стефанишин, станет одной из 1500 пробуренных в 2016 году; в первом полугодии скорость бурения “Юганскнефтегаза” была на 148% выше, чем в тот же период два года назад”, – пишет Фарчи. Компания также увеличивает использование передовых технологий, таких как гидроразрыв пласта и горизонтальное бурение, пишет Фарчи. Люди, тесно связанные с “Роснефтью”, в частном порядке признают, что ее инвестиции в Западной Сибири не мотивированы исключительно прибыльностью. “До падения цен на нефть Москва пыталась стимулировать инвестиции в новые месторождения, предлагая налоговые льготы для новых проектов”, – отмечает автор. Объем производства “Юганскнефтегаза” упал почти на 8% по сравнению с 2012 годом до рекордного минимума прошлым летом, отмечает издание. Они также обусловлены необходимостью поддерживать общий уровень добычи “Роснефти”, что имеет решающее значение для налоговых поступлений, пишет Фарчи. Но после многолетней нехватки инвестиций в Западной Сибири изменения “Роснефти” на нефтяных рынках могут стать ощутимыми, говорится в статье. “У профессионалов в нефтегазовой сфере, которые наблюдают за “Роснефтью”, сложилось такое впечатление, что она гонится за подъемом производства любой ценой”, – говорит ветеран этой отрасли в России. – Если “Роснефти” действительно удастся ликвидировать темпы падения добычи на зрелых месторождениях, то тогда прогнозы по добыче нефти в России на ближайшие несколько лет окажутся заниженными”. “Терминология важна: до 2014 года западные и российские компании часто называли на английском языке такие запасы “сланцевыми”. “Роснефть” вновь обратила внимание на старые месторождения советской эпохи после того, как падение мировых цен на нефть и западные санкции заставили ее умерить амбиции по разработке новых ресурсов, в первую очередь в Арктике. “Но в краткосрочной перспективе российское правительство, кажется, скорее повысит налоги на производителей, чем сократит их”, – предполагает он.